САЙТ ШРИ АУРОБИНДО И МАТЕРИ
      
Домашняя страница | Именной указатель


Кришна Дхан Гхош

Данные о лице

(1844-11.12.1892). Кришна Дхан Гкош, отец Шри Ауробиндо родился в Патне. Его отцом был Калипрасад (или Каличаран) Гхош, выходец из маленькой деревни Конногар в районе Хугли, Бенгалия, в восьми милях от Калькутты. Большую часть жизни Калипрасад провел в Патне. Матерью Кришнадхана была Кайласкамани Деви. Она была известна за свою красоту и набожность. У Кришнадхана был также брат, Бама Чаран Гхош, который позднее служил главным клерком в Бхагалпуре. Два брата не очень-то ладили друг с другом. У него также было две сестры, Бирадж Мохини и Тинкоти (замужем за Набакумаром Миррой, ребенок Ашутиш)

В 1856 отец Кришнадхана, Калипрасад, умер. Он оставил вдове и детям совсем немного денег — одну зарплату. В это время семя жила “очень бедно, почти полностью на помощь друзей.” Кайласкамани уходит в Бенарес, как положено вдове. Кришнадхан и его брат продолжают учебу в английской средней школе.

В 1858 Кришнадхан заканчивает школу и сдает вступительные экзамены в университет Калькутты в медицинский колледж. Это было весьма непростое решение, поскольку анатомирование трупа лишало индуса его касты.

В 1864 Кришнадхан женился на Шримати Сварналате Деви, дочери знаменитого Раджнараяна Боса. Свадьба проходила в соответствии с традициями Брахмо Самадж, к которому принадлежали невеста и тесть, и стала памятным событием в анналах Брахмо Самаджа. Все ключевые члены общества присутствовали на ней, его лидер, Девандранатх Тагор, и его восходящая звезда Кешаб Чандер Сен. В гости невесты входили также бесчисленные родственники клана Боса. Гостей со стороны жениха было немного. Он даже не сказал своей матери, что берет в жены невесту из Брахмо Самадж. “Я дошел до того, что огорчил свою дорогую мать, женившись так, как я женился,” написал Кришнадхан позднее, “чтобы получить такого отца, как Раджнараян Бос.”

Кришнадхан и Сварналата имели шестьб детей, — пять сыновей и дочь: Бенойбхусана, Манмохана, Ауробиндо, сына, умершего маленьким, Сароджини и Бариндракумара.

В июне 1865 Кришнадхан стал дипломированным хирургом и начал интернатуру в госпитале медицинского колледжа.

В 1866 молодой доктор Гхош отправлен в Бхагалпур в правительственную амбулаторию. Зарплата, 100 рупий в месяц, позволяла ему и его жене жить в достаточном комфорте.

15 ноября 1869 доктор Гхош уволился, чтобы пройти углубленный курс медицины в Англии, и в январе 1870 он и группа молодых членов клана Брахмо, среди которых был Кешаб Чандер Сен, отплыли из Калькутты в Англию. Человек больших способностей и сильная личность, Кришна Дхан был одним из первых индийцев, отправившихся в Англию за образованием. К этому времени у него было два сына, Бенойбхусан и Манмохан, которых он оставил со Сварналотой и няней, Мисс Пэгет (или Пиггот). В Англии д-р Гхош знакомится с Аннет Акройд, которая становится его другом и которая еще не раз будет встречаться, еже в Индии, с семьей Гхошей.

В 1871 д-р Гхош закончил Абердинский Университет в Шотландии со степенью доктора медицины. К этому времени, как заметил Шри Ауробиндо, он стал “великим атеистом.” — “Реальным Богом” была вселенная с ее созданиями, “и когда я служил им своей деятельностью, я служил Ему.”, напишет д-р Гхош.

В том же году он возвращается в Индию. И здесь он столкнулся с оппозицией местного сообщества, требовавшего от него совершения очистительного ритуала prayaschitta. Он отказался и, продав имущество по номинальной цене, навсегда распростился с родной деревней. Он вернулся совершенно преображенный, с английскими привычками, идеями и идеалами, — настолько подпав под английское влияние, что его Ауробиндо ребенком разговаривал только по-английски и на ломанном хиндустани и познакомился со своим родным языком только по возвращении из Англии в 1893. Когда доктор Гхош вернулся из Англии, он начал работать ассистентом хирурга в Калькутте.

В октябре 1871 доктор Гхош получил новый пост помощника хирурга Рангпура. Он и его семья приезжают в этот отдаленный северный город примерно в конце октября.

Летом 1872 в Рангпуре была вспышка малярии, за которой последовала эпидемия холеры, так что доктор решил отправить свою жену, ожидавшую рождения ребенка, в относительно благополучный район Калькутты к своему близкому другу Мано Мохану Гхошу. В его доме, 15 августа 1872, примерно в пять утра, Сварналата родила Ауробиндо. Вскоре после этого Сварналата и Ауробиндо возвращаются к семье в Рангпур. Живя в Рангпуре, они часто ездили в Деогхар и оставались у тестя д-ра Гхоша, Раджнараяна Боса.

22 декабря 1872 года д-р Гхош временно назначен главным врачом (Medical Officer) Рангпура.

В феврале 1873 доктор Гхош назначен районным хирургом. Население района состояло из 2 миллионов человек. В том году в районе была засуха, за которой последовал голод, так что положение было “очень тяжелым”. район потерял 4 процента населения (80 тысяч человек) между 1872 и 1892. В большой степени ситуация была связана с эпидемическими заболеваниями, холерой и малярией. Доктор Гхош тратил много времени, борясь с ними. Работая в разных местах района, он заметил, что “малярия, что бы это ни было” — в то время никто не знал, что ее вызывает — чаще встречалась в местах с “неосушенными, затопленными почвами.” Поэтому он рекомендовал осушать топи вокруг Рангпура. Но только через пять лет, в декабре 1877, доктор Гхош вбил первый колышек в начале строительства городской дренажной системы. Через несколько лет эта система стала называться каналом Гхоша.

В 1876 доктор Гхош стал членом рангпурского муниципалитета, а в 1877 — его вице-президентом.. Он был очень близок с Эдвардом Георгом Глазиером (Edward George Glazier), который служил магистром, а затем коллектором Рангпура между сентябрем 1867 и мартом 1877. Это именно на попечении друзей Глазиера — Древеттов — браться Гхоши оставались с 1879 по 1884 в Англии. Глазиер не делал ничего, не посоветовавшись с доктором Гхошем.

Другим близким другом Гхошей была чета Бевериджей. Генри Беверидж (Henry Beveridge) был районным судьей. Годом раньше, в 1875, он женился на старом друге доктора Гхоша Аннет Акройд и переехал с супругой в Рангпур. Генри и Аннета часто приглашали Гхошей на обед. Жена доктора получила эпитет “Розы Рангпура”. Однако жизнь семьи Гхошей омрачало ее ухудшающееся состояние: она страдала от приступов истерии и эмоциональной неуравновешенности. Доктор Гхош по воспоминания Маномохана был “добросердечен, но строг.” Он тратил много времени в разьездах по району и его сыновья “никогда не видели его подолгу.”

Шри Ауробиндо вспоминает, что в 1877 году Эдвард Глазиер “был переведен и новый магистрат пришел на его место. Он нашел, что не обладает авторитетом в городе, вся власть находилась в руках моего отца. Он не мог стерпеть этого и попросил правительство перевести отца, так тот переехал в Кхулну. Но он был задет таким обращением и утратил свое былое уважение в англичанам, превратившись в националиста.” Однако этот конфликт с новым магистратом длился несколько лет, прежде чем д-р Гхош был переведен из Рангпура. В 1877 году д-р Гхош решил, чтобы его дети получили всецело английское воспитание и образование, отпраивть Ауробиндо, Бенойбхусана и Манмохана в Лоретто, монастырскую школу в Дарджилинге, в которую ходили дети из семей английских служащих.

В конце 1878 года вся семья Гхошей плывет в Англию — доктор Гхош, его жена, три сына и дочь Сароджини. Это было неслыханное дело, чтобы индийская женщина пересекла океан. Сварналата была беременна. Беспокоясь о ее состоянии и опасаясь того, как на ней скажутся еще одни роды, доктор Гхош решил взять ее в Англию для медицинского исследования и наблюдения. Семья приплыла в Англию в начале 1879 (вероятно, 1 января).

Он оставил сыновей на попечение английского священника мистера Древетта, а свою жену отвез в Лондон, оставив ее под присмотром своего друга, доктора Метью (Mathew).

В 1880 Д-р Гхош возвращается из Англии в Индию к своей работе. Он оставляет Сварналату и детей в Англии. В том же году, родив Бариндру, Сварналата вернулась в Индию с Баринрой и Сароджини.

В конце июня 1883 д-р Гхош перестал работать в Рангпуре. В октябре 1883 он работает в Банкурском районе. В январе 1884 назначен в район Ноакхали. 10 февраля назначен в Кхулну. В марте — новое назначение — “суперинтендантом Ваччинашнз, округ метрополии”, то есть Калькутты. Бенгальское правительство произвело это назначение вопреки массе возражений со стороны Правительства Индии — которые добавили горечи в отношения д-ра Гхоша к Англии. Наконец, в июле 1885 он возвращается в Кхулну. Здесь он прожил оставшуюся жизнь. Теперь, меньший англофил, он делал вырезки из калькуттских газет о несправедливом обращении англичан с индийцами и отсылал их сыновьям. В одном из писем он написал, что Британский Радж является “бессердечным правительством”.

Между тем, доктор Гхош нашел, что не может оставаться с женой — ее психическое состояние ухудшилось. Она перебралась в Деогхар, горный курорт в Бихаре, где годом раньше устроились ее родители. Там она тоже не ужилась и поселилась в коттедже в Рохини, деревне в двух милях от Деогхара, где она жила с Барином и Сароджини. “Бури гнева и бури радости сменялись как у сумасшедшей”, писал позднее Барин. “Когда она была в счастливом настроении, она смеялась и бормотала бесконтрольно. В гневе она шагала по комнате, как тигрица в клетке, рыча на кого-то.”

Доктор Гхош оставался один в Кхулне. Наконец он уговорил жену отдать ему Сароджини, но она удерживала Барина, пока доктор не выкрал его. Он передал двух своих детей на попечение одной женщины в Калькутте. Подобные вещи были обычны среди людей его класса, но это не оправдывало его в глазах родственников жены. Они даже винили его, говоря, что состояние Сварналоты вызвано тем, что он был плохим мужем, хотя, в действительности, дела обстояли наоборот. Каждую неделю или около того доктор Гхош навещал своих детей. Он оставался одиноким, несчастным человеком, и начал слишком много пить.

Его сын, Бариндракумар, который гостил иногда у отца в Кхулне, писалв своей автобиографии: “С оливковой кожей, большими мечтательными глазами, и мягкой величественной внешностью, мой отец скоро стал жизнью и душой Кхулны. Полиция, магистрат, гражданские служащие, работники школы и муниципальные чиновники, все приходили советоваться с ним. Он избавил Кхулну от малярии и произвел радикальные улучшения в больнице, школе, тюрьме и муниципалитете.”

Первый год жизни сыновей в Англии доктор Гхош регулярно отправлял им денежные переводы (£360 в год), но позднее переводы становились все менее и менее регулярными; и когда три брата переехали в Лондон в 1884, переводы и вовсе прекратились.

В 1887 доктор Гхош оказался в таком финансовом затруднении, что на банковском счету его сыновей в Англии осталось менее десяти фунтов.

В начале сентября 1992, уверенный, что Ауробиндо вскоре вернется в Индию, доктор Гхош оставляет работу и, по словам его друга Браджендраната Де, едет, “чтобы встретить его в Бомбее и привезти назад с триумфом.” Доктор прождал больше месяца, но “не смог получить каких-либо определенных новостей о том, когда [Ауробиндо] вернется” и к концу октября он сам “возвращается из Бомбея в очень подавленном состоянии.”

Где-то в начале декабря доктор Гхош получил телеграмму от своих банкиров в Бомбее (Messrs. Grindlay & Co.) с плохими новостями о его сыне. По Бранджендранату Де это было что-то вроде “имени его сына не было в списке пассажиров корабля, на котором тот ожидал его прибытия в Индию.” По другой версии, сообщенной позднее Шри Ауробиндо, в телеграмме сообщалось, что корабль Roumania, на котором, как ожидал доктор, Ауробиндо плывет домой, затонул. Действительно 28 октября корабль затонул, выжило только 9 человек. Каким бы ни было содержание телеграммы, она оказалось фатальной для доктора. По свидетельству Де “так случилось, что в тот самый вечер он и суперинтендант полиции были приглашены на обед в мой дом. Обед был готов, суперинтендант пришел, но доктора не было, хотя его бунгало стоит совсем близко к моему дому. Подождав некоторое время я послал помощника напомнить ему о том, что он согласился пообедать в моем доме этим вечером. Человек вернулся и проинформировал нас, что доктор очень болен. Я сразу пошел туда, услышал о телеграмме и нашел, что доктор очень болен и совершенно без сознания. Другие медики в городе сделали, что смогли. Я сделал все что мог. Но все было бесполезно. Бедняга протянул еще день или два, а затем скончался… Я должен был привезти тело в место для кремации и присутствовать на ней.”

 

Фотографии

 

In English